А БЫЛО ЛИ САМО СОБЫТИЕ «СДАЧИ В ПЛЕН» ИМАМА ШАМИЛЯ …?

 

 


«Нет ничего оскорбительнее для честного бойца,
чем предложение врага сдаться».

 

 

Как начиналась эта монография

В октябре 1915 года во время Первой Мировой войны часть Чеченского конного полка знаменитой Дикой дивизии попала в окружение австрийцев.

 

«Австрийцы довольны – можно брать в плен этих ужасных горцев. Они посылают парламентера с предложением сдаться»[1].

 

Из Главного штаба российской армии прибывает посыльный офицер с приказом главнокомандующего «всем сдастся в плен».

 

«Главнокомандующий отдал приказ, всем сдастся в плен, – обратился офицер к чеченцам. Толмач-чеченец стушевался, не в состоянии подобрать на чеченском языке слово «плен», и перевел по-своему:

– Вайга пагонаш а, доьхканаш а, аьткаш т1ера д1а яхи, долу герза охьа дилий, ши куьг схьала айби, гер-манхошк маре г1о бах!

В переводе на русский язык это означало примерно следующее: «Нам приказано снять погоны, ремни, сапоги, сложить оружие, поднять руки и выйти замуж за немцев».

Среди пришедших в ярость воинов-чеченцев сначала наступила мертвая тишина, а через мгновение кто-то закричал:

«Схьаэьца цуьнан корт! (Снесите ему башку!)»[2].

 

История умалчивает от нас дальнейшее развитие событий и реакцию всадников Дикой дивизии.

Предложение «сдаться в плен», тем более – «добровольно», противоречит системе жизненных ценностей горцев; в языках кавказских народов – чеченском, аварском, кумыкском, лакском, даргинском и др. – словосочетание и само понятие «сдаться в плен» отсутствует.

 

В языках горцев не существует эквивалентов слову и понятию «плен».

 

Заимствованное из арабского языка ясырь – переводится как «раб», «захваченный», «добыча», силой захваченный.

Светлана Юсупова – кандидат филологических наук, доцент кафедры французского языка факультета иностранных языков ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет», в своем исследовании в разделе «Устаревшая, книжная лексика» пишет:

 

«...йийсар (­ш) (пленник, пленница)

Малоупотребительное слово стало актуальным в связи с военными действиями в республике (в ходе войны 90­х гг. XX в. – прим. авт.)»[3].

«Йийсар» – производное от арабского

«أسير»

 

– «'асӣр», «ясырь» – «йийсар», означающее в XIX веке, в период Кавказской войны – «раб», «невольник», «захваченный», «добыча».

 

«Иийсар (­ш)» (пленник, пленница) – вольная интерпретация, модернизация, неологизм для всех языков горцев Кавказа.

Если этот неологизм переносить в XIX век и применять к событиям Кавказской войны в современном понимании – возникает конфликт цивилизаций, конфликт времен, конфликт поколений.

 

В XIX веке такое понимание не имело места в жизни и ментальности воинов-горцев Кавказа, народов Дагестана, Чечни. И как следствие, такие слова отсутствовали в Кавказских языках.

При всем желании фальсификаторов истории представить Имама Шамиля как позорно, малодушно «сдавшегося в плен», тем более – в вызывающие презрение и недоумение «добровольный плен», «почетный плен», «почетную капитуляцию» – перевести эти не существовавшие в лексиконе горцев словосочетания и определения на языки горцев Кавказа невозможно. Перевода нет!

«Сдаться в плен» – покрыть себя позором, обесчестить себя, свой род, предков. Такие прецеденты не имели места в традиционной реальности кавказского миропонимания и бытия в XIX веке, в событиях Кавказской войны.

Отсутствие таких слов, понятий, определений является абсолютной парадигмой в мировоззрении автохтонного населения всего Кавказа, где априори не было отступничества.

Если, условно «принять на веру» сфабрикованные химеры профессиональных «специалистов» по подделке исторических документов и их современных последователей, бездумно цитирующих фабрикации о «сдаче в плен» Шамиля, возникают конкретные вопросы к «мародерам от истории»:

 

- На каком языке вели переговоры Имам Шамиль, Барятинский, другие участники событий на Гунибе 25 августа 1859 г.?

 

- Кто, на каком языке предложил Имаму Шамилю «сдаться в плен»?

 

- Как эти фразы, лексемы, словосочетания звучат на аварском, чеченском, кумыкском, лакском, даргинском, лезгинском, ингушском, кабардинском, балкарском, других языках горцев Кавказа?

 

- Кто, на каком языке перевел и объявил Имаму Шамилю, что он – «военнопленный-раб»?

 

- Если на мгновение условно согласиться с фабрикацией о «пленении» – как, каким образом было озвучено переводчиком Алибеком Пензулаевым Имаму Шамилю оскорбительное, унизительное требование «сдаться в плен = стать рабом», бесправным «военнопленным», согласиться на кандалы, жалкую жизнь за решеткой и, как следствие, в мучениях лишиться жизни?

 

- Как мог понять Имам Шамиль при переводе несуществующие в его мировосприятии, миросознании, в миропонимании горцев Кавказа словосочетания «сдаться в плен», «военнопленный»?

 

- Что, кому, на каком языке ответил Имам Шамиль?

 

Мы с абсолютной убежденностью считаем: при самом страстном желании дагестанских «кавказоведов», тиражирующих заведомо подложные цитаты, ответить на поставленные нами вопросы – ответов не будет.

 

Если условно представить, что 25 августа 1859 года на Гунибе во время встречи от имени А. Барятинского Имаму Шамилю было озвучено оскорбительно-уничижительное предложено «стать рабом» – последствия для осмелившегося на такое оскорбительное предложение Имаму Шамилю оставляем без комментариев.

 

Мы предлагаем Вам самим прокомментировать дальнейшее развитие ситуации и воздаяние посмевшему оскорбить Имама.

 

Вплоть до 30-х гг. XIX в. работорговля на Северном Кавказе открыто велась приезжавшими из Турции купцами и местными жителями в г. Кизляре и селении Эндери (Андреевском), существовали специальные «Ясырь-Базары».

Для полного понимания документально-историографического подлога и квазиисторических измышлений о «пленении» предлагаем Вашему вниманию нейтральный и незаинтересованный источник – свидетельство Ю. Шидловского «Записки о Кизляре» (Журнал министерства внутренних дел, № 11. 1843):

 

«Говоря о базарах Кизлярских, невольно вспоминаешь рассказы о «Ясырь-Базаре», который за несколько десятков лет помещался на этой же площади.

 

Сюда Горцы выводили своих «ясырей», то есть пленников, всякого пола и возраста: из «барантовых» Горцев[4], из Грузин, а более из Армян.

 

Бледные, желтые, тощие, покрытые грязными лохмотьями, босиком, бывало, стоят эти несчастные, жалобно смотря на проходящих и сами напрашиваясь на купцов. Часто сын находил здесь отца, под лоскутьями бурки, в женских шалварах; муж встречал свою жену, наряженную в солдатские рейтузы, закрывающую волосами остальные части тела; мать узнавала ребенка, который выглядывал из старого сапога, отнятого у Русского извозчика.

 

Когда, по покорении Джар, затруднилось сообщение Горцев с Анапою, куда Турки приезжали для покупки людей, то торг пленниками преимущественно оставался в Андреевской, Кумыкской деревне, находящейся за Тереком в 90 верстах от Кизляра, и в самом Кизляре.

Торг этот допустило Правительство единственно для того, чтобы облегчить освобождение Христиан из плена.

 

Андреевцы получали от него большие выгоды. Выменяв пленных у Чеченцев, Лезгин и других Горцев, по большей части на порох, хлеб, соль, редко на деньги, они, за продажею их в своей деревне, где Ясырь-Базар славился на все угорья и удолья Кавказские, остальных приводили в Кизляр.

Кизлярец, осмотрев, покупал пленников на деньги. Не уводя пленника с базара домой, он должен был прежде записать в Полиции свое и его имя и объявить число заплаченных за него денег.

 

Обыкновенно за простого пленника платили до 60 целковых. Но случалось, в прежние времена, что, заплатив 30 целковых, объявляли 50 и более, для того, чтобы отдалить день свободы пленника, которую получал он по заработке заплаченного за него выкупа. Постановлено было зачитать ясырю в год 24 руб. асс., с пищей и одеждой от хозяина.

Много страшных былей рассказывают про этих страдальцев. Не один из них, доживая последний год до своей свободы, умер с «казгирем» в руках, на грядах виноградников. Некоторые сварились на водочных заводах, другие изныли с тоски. У одного ясыря вырезали сердце для лекарства какой-то больной старухи. Это предание подтверждено было впоследствии подобною операцией над мертвым пленником.

 

В настоящее время, благотворными постановлениями Правительства истребляется этот печальный след азиатских обычаев: самое имя «ясыря», означающее «раба» или «невольника», как несвойственное, по законам, Российскому подданному, уничтожено».

Коммент. автора:

 

Ю. Шидловский применяет слово «пленник», не существующее в языках горцев Кавказа, в контексте европейского, российского понимания. В кавказских языках эквивалент русифицированному определению-понятию – ясырь-рабы на базаре. И все! И точка! Все ясно и понятно. Ясырь-рабы – захваченное гражданское население, добыча, баранта, «барантовые» горцы.

 

Для правоверных мусульман-воинов стать «Ясырь-рабом»? Немыслимо. Таких фактов, прецедентов в истории Кавказской войны не было.

 

 

 

 

 

 

ПОНЯТИЕ «ПЛЕН» – ЮРИДИЧЕСКОЕ, ФАКТОЛОГИЧЕСКОЕ И МЕНТАЛЬНОЕ

В историографии Кавказской войны не существует ни одного объективного, достоверного доказательства, документального свидетельства о сдаче в «плен» Имама Шамиля 25 августа 1859 года на Гунибе.

Необходимо четко и однозначно понять, определить, а было ли само событие пленения Имама Шамиля на Гунибе 25 августа 1859 года, неправдоподобное предположение о котором более 150 лет бесчестит, обесславливает и дискредитирует Имама Шамиля?

В уголовном праве есть понятие «событие преступления».

Что такое событие? Событие – это реально произошедший факт – действия участников в определенное время, в определенном месте. Если действия не происходили в реальности, то отсутствует событие.

Если отсутствует событие убийства, то нет признаков преступления, состава преступления, то есть нет объекта, объективной стороны, субъекта, субъективной стороны.

Если нет тела, орудия, следов преступления, преступных действий, а самое главное – умысла, подтверждающего форму вины – нельзя признать человека виновным в убийстве, вынести приговор и осудить.

- По предположению компетентных органов должна произойти передача денег – взятка, но в реальности действий по передачи денег не было. Значит, нет самого события преступления.

- Человека обвиняют в ограблении банка, а банк никто не грабил. Следовательно, отсутствуют действия и, как следствие – событие ограбления.

 

- Человека обвиняют в неуплате транспортного налога (он действительно не платил!), но он доказал, что у него не было и нет автомобиля. Налицо отсутствие действия по неуплате налога и, как следствие – события.

 

Исторический факт – это неопровержимое свидетельство, подтвержденное комплексом достоверных и объективных доказательств. Прочее – лишь невежественное словотворчество.

Слова, не подтвержденные совокупностью доказательств – это не факт, а надуманное сочинительство, легкомысленное искажение истории, домыслы, основанные на личных эмоциях, предположениях, ложных умозаключениях, в лучшем случае – мнение, личная позиция, нуждающиеся в подтверждении объективными фактами и достоверными доказательствами.

Если имеются лишь домыслы, личные эмоции, предположения, собственные измышления, основанные на сомнительных источниках о наличии события, которого фактически не было в реальности, то бесспорно отсутствует само событие.

 

Для установления и доказывания события «сдачи в плен» Имама Шамиля необходимо установить:

 

а) имели ли место на Гунибе конкретные действия Барятинского по «обращению» Имама Шамиля в бесправного «ясырь-раба» (пленение);

 

б) произошло ли невероятное, неправдоподобное, беспрецедентное в истории Кавказской войны «событие пленения» в результате целенаправленных, конкретных действий и поведения А. Барятинского и Имама Шамиля 25 августа 1859 года на Гунибе (если условно согласиться с легкомысленным искажением истории);

 

в) наличие причинной связи между действиями Барятинского, Имама Шамиля и наступившими последствиями – событием «пленения» (если условно согласиться с неубедительными аргументами);

 

г) подпадает ли исследуемое «событие» под признаки конкретного исторического факта «сдачи в плен», «добровольной сдачи в плен», захвата, насильственного «пленения», «обмана» (если условно согласиться с наивными предположениями).

 

В событии «пленения» Имама Шамиля должна найти отражение объективная сторона – время, место, способ «взятия в плен» и другие обстоятельства (если условно согласиться с квазиисторическими измышлениями).

Если предполагаемых конкретных целенаправленных действий во время встречи в реальности не произошло, то события «пленения» не имело места в реальности.

 

Доказыванию подлежат наличие умысла А. Барятинского, конкретные формы и обстоятельства его реализации (если условно согласиться с вольным сочинительством).

 

Доказыванию подлежат мотив и цель действий А. Барятинского и Имама Шамиля, желаемый конкретный результат, достигнуть которого стремились Барятинский и Имам Шамиль.


Без установления всех вышеперечисленных обстоятельств недопустимо даже пытаться заявлять о недостоверной, неубедительной псевдоисторической «экспансии» о «пленении» Имама Шамиля.

ПРОЦЕДУРА ПЛЕНЕНИЯ

 

Для того, чтобы не заниматься «фольклорной поэтикой», а определенно утверждать о событии «пленения», необходимо объективно и достоверно установить фактические обстоятельства и действия, соответствующие процедуре пленения.

Процедура – это система последовательных, юридически значимых действий, которые осуществляются конкретными лицами, субъектами правоотношений с использованием ими допустимых законом средств по организации и оформлению надлежащего осуществления норм права.

 

Это заранее и официально установленная регламентированная законом или подзаконными актами модель (программа), в соответствии с которой развивается регулируемые действия и поведение субъектов, кардинально изменяется статус – с равносильного, равнозначного на бесправного, лишенного всех полномочий и привилегий.

 

А был ли вообще статус «пленника», «военнопленного» в Империи?

ПОНЯТИЕ ПЛЕН. ЧТО ЕСТЬ ПЛЕН?

 

Для того, чтобы реально, компетентно, профессионально обсуждать и рассуждать о «пленении» Имама Шамиля, «добровольной сдаче в плен», прежде всего необходимо определиться с понятиями и терминами.

 

В Русском языке термин «плен» происходит от церковнославянского «плѣнъ» (арх. «поло́н») – того же корня, что греч. pōleō «покупаю».

Первоначально «полон» – «добыча, покупка, продажа», затем – «пленные» (невольники, которых продавали или покупали), позднее – «плен».

Плен – это:

«Состояние, положение человека, захваченного неприятелем, лишенного свободы на время войны; жизнь, пребывание в таком положении»[5].

 

Нормативный толковый словарь общеупотребительной русской лексики – «Словарь русского языка» признанного всем миром лингвиста-лексикографа С. И. Ожегова определяет смысл существительного «плен» следующим образом:

«Состояние порабощенности, того, кто захвачен на войне противником и лишен свободы»[6].

 

Данная однозначная формулировка в наиболее краткой форме определяет понятие «плен» по двум характеристикам:

 

а. Захват против воли, с применением насильственных действий.

б. Лишение свободы.

 

Лишение свободы – мера государственного принуждения, состоящая в физической изоляции пленного на определенный срок. Помещение пленного с целью физической изоляции под стражу в соответствующее учреждение.

 

Лишение свободы – принудительная изоляция от общества в специализированном учреждении с определенным режимом отбывания наказания.

Для правильного, объективного, истинного понимания, было ли в реальности событие «пленения», «сдачи в плен» Имама Шамиля в первую очередь необходимо рассмотреть вопрос о восприятии в XIX веке понятия «плен» по существу – через столкновение двух цивилизационных мировоззрений, через призму культурных цивилизаций с принципиально разной ментальностью:

- Европейской – сложившейся в результате историко-культурной ассимиляции (в том числе свойственной населению Российской Империи);

Кавказской – для которой непримиримое сопротивление иноземным завоевателям и порабощению – смысл и основа самобытного существования самой жизни горцев Кавказа, не предполагавшая отступничества, трусости, малодушия, нерешительности.

В истории большинства народов и государств Европы и Азии сдача в плен естественным образом входила в опыт и практику ведения боевых действий:

 

- В плен сдавались изменники – в расчете разорвать отношения со своей стороной.


- Пленными добровольно становились те, кто спасовал, струсил перед лицом врага или, оказавшись в критической ситуации выбора перед неминуемой гибелью, предпочел сохранить жизнь в неволе.


Совершенно иная безальтернативная парадигма выживания – у горских народов Северного Кавказа.

И дики тех ущелий племена,

Им бог – свобода, их закон – война…

…Верна там дружба,

но вернее мщенье;

Там за добро – добро, и кровь

– за кровь,

И ненависть безмерна, как любовь..

В жизни горцев Кавказа «сдаться в плен = стать рабом» – немыслимое унижение, трусость, позор на весь род. В то время как погибнуть во имя Аллаха – прямой путь к вечной жизни и вечному блаженству.

Воины-мюриды по определению не могли «сложить оружие», принять и признать положение «военнопленного», статус «ясырь-раба».


В истории Кавказской войны не существует ни одного прецедента, чтобы кто-то из правоверных мусульман, воинов горцев когда-либо в сражении поднял руки и «сдался в плен».

 

Если «сдача в плен» – печальная, но неизбежная реалия европейской историко-культурной традиции, то для правоверных мусульман-горцев, не признававших иноземной власти, с детства впитавших военный опыт, волю к ожесточенному сопротивлению, смысл войны, сражения – отстоять родную землю или погибнуть.

И. Ф. Бларамберг – генерал-лейтенант, за участие в кавказских походах в 1830 г. награжденный орденом Св. Владимира 4-й степени и золотой шпагой «за храбрость», писал о кавказских горцах:

«Когда они видят, что окружены, то дорого отдают свою жизнь, не сдаваясь в плен».

«В плен не сдаются и пленных не берут», – так говорили о кавалеристах «Дикой дивизии», которая состояла из шести полков: Кабардинского, Дагестанского, Чеченского, Татарского, Черкесского и Ингушского.

Воины, вступающие в схватки, видели перед собой лишь два варианта исхода – победу или смерть в бою. Вот жизненная позиция, воззрение, координаты «блистательных» побед воинов-горцев Кавказа.

Эта ментальная позиция, закрепленная верой и канонами Ислама, позволяла кавказским горцам выживать и побеждать в неравных схватках с могущественными завоевателями в борьбе за сохранение свободы и независимости как исторической культурной идентичности, традиций, образа жизни предков.

Горцы в плен не сдаются – одно подозрение в проявлении подобного малодушия равнозначно обвинению в потере чести.

Как свидетельствует историк, писатель, публицист, общественный деятель, доктор политических наук А. Авторханов:

«В 1840 году Правительство Николая I предъявило ультиматум о разоружении чеченцев.

Они ответили: «Чеченцев никто не разоружал – разоружали только их трупы» – и, восставши, присоединились к знаменитому имаму Шамилю»[7].

Это исторический опыт и способ выживания. Благодаря этим традициям, население Северного Кавказа выживало и существует.

 

 

 

 

«ГОРЦЫ В ПЛЕН НЕ СДАЮТСЯ»

 

 

«Рай есть под тенью шашки, убитый в войне против неверных есть живой

и будет он жить в раю, а кто будет бежать – тот есть ничтожный человек,

и будущая его жизнь есть ад».

 

Во время осады Ахульго в 1839 году царскими войсками после двухмесячной блокады и героической обороны положение горцев стало безнадежным, но даже единичных фактов сдачи горцев в плен не было.

Первое ожесточенное сражение произошло 29 июня 1839 г. Мюриды Шамиля понесли значительные потери. 4 июля 1839 г. в результате обстрела царской артиллерии уничтожены все защитники Сурхаевой башни, располагавшейся на господствующей высоте – откуда горцы обстреливали местность, где находился противник.

 

16 июля царские войска приступили к новому штурму, защитники Ахульго продолжали сражаться.

 

Погибали, но в плен не сдавались.


Вместе с мюридами сражались переодетые в черкески женщины. Во времена войн женщины-горянки всегда держали наготове кинжал – чтобы убить детей и себя, но не стать рабами.

22 августа 1839 г. царские войска ворвались в Новое Ахульго. В ауле шли ожесточенные схватки – в том числе с горянками, которые, без всякого оружия бросались на штыки армейских пехотинцев.

Погибали, но в плен не сдавались.

Две сотни мюридов, заблокированных в саклях, продолжали отстреливаться. Бой перешел в рукопашную. К полудню в Новом Ахульго не осталось живых защитников-мюридов Имама Шамиля.

Но о «сдаче в плен» горцы не помышляли.

После усиления апшеронцев прибывшими частями из Нового Ахульго все они погибли.

 

Погибли, но в плен не сдались.

23 августа генералом Граббе был назначен окончательный штурм для «зачистки» Старого и Нового Ахульго.

 

 

«Бой был ужасный. Женщины принимали в нем самое деятельное участие с оружием в руках; … дети кидали каменья на штурмующие войска…

Матери с детьми бросались в кручу, чтобы не попасть в плен, целые семейства были живыми погребены под развалинами сакель, но не сдавались»[8].

«Некоторые из мюридов, изнемогая от ран, и тут еще хотели дорого продать свою жизнь: отдавая уже оружие, они коварно наносили смерть тому, кто хотел его принять.

…Некоторые из них, собрав последние силы, выхватывали штыки у часовых и бросались на них, предпочитая смерть унизительному плену»[9].

    

Погибали, но в плен не сдались.

К 29 августа сопротивление защитников было окончательно подавлено. При штурме Ахульго погибла жена Имама Джавгарат, их грудной сын Саид, двое племянников, много других родственников Шамиля. Родная сестра Имама бросилась в ущелье.

 

Вырваться из Ахульго во главе с раненым Шамилем удалось двум десяткам человек.

 

 

«…Шамиль прокрался к нашему секрету, вырезал его и только после того покинул дорогую для него скалу окончательно и ушел вместе с маленьким сыном в Чечню, чтобы оттуда открыть новые военные действия против своих ненавистных врагов.

Дорогой ценой купили русские свою победу: 3000 храбрецов легли на развалинах гордого Ахульго»[10].

 

«Передают со слов Джавад-хана ад-Дарги, который раньше служил у русских, о том, что он читал в крепости Кизляр ведомости, сообщавшие о гибели, в связи только с одним Ахульго, 33 тысяч русских.

Да и как не погибнуть, когда говорили, что только в один из дней в Ахульго было убито 5 тысяч русских.

Рассказывают также, что проклятый Пулло вернулся оттуда только с двумя солдатами из своего войска…

Пало смертью праведников там свыше 300 человек…»[11]

После поражения горцев при Ахульго, Шамиль по приглашению Исы Гендергеноевского 7 марта 1840 года прибыл в Чечню – в Урус-Мартан на съезд, на котором 8 марта был провозглашен имамом Чечни и Дагестана.

Мобилизовав население горцев, собрав мюридов, Имам Шамиль нанес царским войскам ряд сокрушительных поражений, которые вошли в историю, по определению Н.А. Добролюбова, как «блистательная эпоха Шамиля».

 

 

«Царские генералы считали падение Ахульго концом сопротивления горцев. Но просчитались. Уже в 1840 году сначала в Чечне, а затем и в Дагестане борьба возобновилась с новой силой.

В короткое время войска Шамиля отбили у русских войск 13 укрепленных крепостей, подчинили своей власти почти всю Чечню и Аварию»[12].

«…[Шамиль] снова заявил о себе, выступив во главе верных мюридов, лично участвуя в боях – как всегда, на бело-сером скакуне, в белой черкеске, с рыжей, окрашенной хной бородой, такой же, как в дни своих прежних побед»[13].

 

Самоотверженная гибель верных Шамилю мюридов имела место и на Гунибе, но ни один мюрид не смалодушничал, не сдался в «плен=рабство».

«…[25 августа 1859 г.] около сотни мюридов, абреков и беглых солдат засели за камни и завалы, защищавшие Гуниб с восточной стороны. В то время двинулись уже на приступ и ширванские батальоны полковника Кононовича. Они были встречены сильным огнем, который, однако ж не остановил их.

Мюриды, окруженные со всех сторон, бились отчаянно; расстреляв все заряды, бросились в шашки и кинжалы, и почти все легли на месте»[14].

Погибали, но в плен не сдались.

 

«[25 августа 1859 г.] Мюриды, оборонявшие стену и бежавшие вверх, не имея возможности пройти в аул, бросились в лес, откуда завязали перестрелку с поднимавшимися поодиночке батальонами Ширванского полка.

…Майор Штанге послал одну роту (около 200 человек – прим. авт.) для выбития неприятеля, но она была отброшена к опушке леса дружно бросившимися мюридами; тогда была двинута и другая рота в обход горцам, на противоположную сторону леса.
Мюриды, видя себя окруженными, снова устремились на ту же роту и кинжалами проложили себе дорогу.

…Один из мюридов, имея в себе два штыка, один в груди, другой в животе, успел схватиться за ружье, которое было в груди, и, вдвинув его глубже в себя, чтобы достать своего противника кинжалом, нанес ему два удара по голове, около челюстей, с такой силой, что брызнул мозг»[15].

Погибли, но в плен не сдались.

 

«Только трое уцелевших храбрецов успели вскочить в караульную башенку на скале: они дорого продали свою жизнь. Расстреляв все свои заряды, с кинжалами в руках, как бешеные звери, вырвались они из бойницы и бросились прямо на штыки русских, разя направо и налево...

Мулла и с ним два мальчика, 17 и 13 лет... Проколотые насквозь, вертясь, как на вертеле, на трехгранном ocтрие штыков, продолжали колоть и убивать, и много русских голов положили кругом, пока не испустили свой отчаянный дух»[16].

 

Погибли, но в плен не сдались.

Мог ли Шейх Шамиль, Имам Шамиль,

Полководец Шамиль, Воин Шамиль

предать Веру, свою праведную Жизнь,

Кодекс чести горского воина,

погибших мюридов и близких,

презреть все героические жертвы…

…сдаться в плен, покрыв себя вечным бесчестием?

Вопрос риторический.

ИЗМЫШЛЕНИЯ О «СДАЧЕ В ПЛЕН» – ДОКУМЕНТАЛЬНО-ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ ПОДЛОГ

 

 

«Фабрикация о «пленении»

давала возможность перечеркнуть весь героизм

Имама Шамиля для будущих поколений».

 

Что же в действительности происходило на Гунибе 25 августа 1859 года? В лжеисториографии Кавказской войны более 150 лет существуют лишь сфальсифицированные неубедительные измышления о «пленении», основанные на сомнительных источниках, не имеющее отношения к реальным событиям.

Ложь № 1. Имам Шамиль добровольно «сдался в плен»;

 

Ложь № 2. Имам Шамиль был принужден «сдаться в плен»;

 

Ложь № 3. Имам Шамиль «взят военнопленным»;

 

Ложь № 4. Имам Шамиль – «почетный военнопленный»;

 

Ложь № 5. Имам Шамиль завлечен «в плен» обманом;

 

Ложь № 6. Имам Шамиль был вынужден капитулировать;

 

Ложь № 7. Имам Шамиль признал «почетную капитуляцию».

Лжеверсия 1 – Имам Шамиль добровольно «сдался в плен»

(Р. Фадеев, Е. Марков, А. Зиссерман, М. Алиханов-Аварский).

 

«Ляпоссиада» о добровольном пленении Шамиля

была обычным обманом царской России,

чтобы подорвать авторитет великого Имама

и сломить моральное сопротивление горцев».

 

В истории Кавказской войны не существует ни одного достоверного, документально зафиксированного свидетельства о добровольной «сдаче в плен» Имама Шамиля.

Подобного малодушного, унизительного, рабского поступка – предать себя, свою веру и борьбу, нарушить, презреть, растоптать кодекс чести горского воина, свой путь истинного мусульманина, осквернить память тысяч погибших мюридов и собратьев – Имам Шамиль совершить не мог по определению.

«Добровольно сдаться в плен» – такого состояния, понятия, предмета не существует в миросознании, в ментальности, в системе фундаментальных жизненных ценностей горца, мюрида, тем более – Имама Шамиля, где приоритеты – мужество, честь, бесстрашие, за каждый из которых мюрид, не задумываясь, отдавал жизнь, чтобы не опозорить свой род, своих предков. В этой системе жизненных ценностей и приоритетов «добровольно сдаться в плен» – эквивалент «добровольно стать рабом», «добровольно навлечь несмываемый позор на свою честь и достоинство».

«Придворные» летописцы-трубадуры, сфабриковавшие лжеверсию о «добровольной сдаче Имама Шамиля в плен на Гунибе» додумывают, домысливают, приписывают Имаму Шамилю несуществующее волеизъявление по собственному желанию «сдаться в плен», а затем тиражируют собственные домыслы и измышления, безапелляционно обвиняя Имама в своих лживых небылицах.

У неискушенного читателя складывается впечатление, что Е. Марков, А. Зиссерман, Р. Фадеев, М. Алиханов-Аварский лично обсуждали с Имамом Шамилем все перипетии и обстоятельства гунибских событий, и Шамиль доверил им свои мысли, желания, сомнения – а им осталось только их обнародовать.

В связи с неубедительностью домыслов и предположений о «добровольной сдаче в плен» возникает ряд вопросов:

 

- Какие имеются основания, факты, свидетельства для подобного заключения, утверждения?

 

- Какими конкретными действиями, поступками, обращениями, словами Имама Шамиля подтверждается его личное волеизъявление добровольно сдаться в плен?

 

- К кому конкретно обратился Имам Шамиль с инициативой по собственному желанию, добровольно «сдаться в плен»? Что конкретно сказал? На каком языке? В чьем присутствии? При каких свидетелях?

 

- Какие конкретно достоверные и объективные доказательства, исторические документы, в том числе свидетельства очевидцев и участников событий, переводчиков, подтверждают, что Имам Шамиль выразил личное волеизъявление и проявил собственную инициативу добровольно сдаться в плен 25 августа 1859 года на Гунибе?

 

Ответов на эти вопросы нет и не будет в историографии войны на Кавказе.

Сфабрикованная через 20 лет после окончания Кавказской войны подленькая инсинуация о «добровольной сдаче в плен» Шамиля являет собой исторический нонсенс, явное вранье для легковерных обывателей, небывалое в истории клеветническое обвинение главы государства Имамат в сознательной измене одному из основополагающих столпов Ислама – в отступничестве, искупить которое невозможно.

Лжеверсия 2 – Имам Шамиль был принужден «сдаться в плен»

(В. Солтан, М. Чичагова, Н. Волконский, Н. Глиноецкий, М. Ольшевский, П. Алферьев, А. Аноев, А. Каспари, С. Эсадзе).

 

«Нет ничего оскорбительнее для честного бойца,

чем предложение врага сдаться».

 

В историографии Кавказской войны не существует ни одного достоверного доказательства, объективного документального свидетельства о требовании Барятинского «сдаться в плен и сложить оружие», и тем более – о применении каких-либо насильственных действий или угроз по отношению к Имаму Шамилю и его верным мюридам, готовым в любую секунду умереть во славу Ислама и Имама и обрести вечный покой в райской жизни.

 

Если условно согласиться с квазиисторическими измышлениями о «пленении», должно быть достоверно и бесспорно документально зафиксировано волеизъявление А. Барятинского и предложение – требование Имаму Шамилю «сдаться в плен», с угрозой о последствиях при невыполнении.

Должны иметь место реальные насильственные действия по разоружению Имама Шамиля, разоружению сопровождавших его мюридов, их изоляции, заключению под стражу, лишению свободы.

В связи с лжеверсией «принуждения» Имама Шамиля «сдаться в плен» возникают следующие вопросы:

 

- Предлагал ли главнокомандующий Кавказской армией генерал-адъютант князь А.И. Барятинский 25 августа на Гунибе Имаму Шамилю «сдаться в плен»?

 

- Существует ли достоверный, документально зафиксированный ультиматум, требование со стороны царского военного руководства на Кавказе «сдаться в плен» в отношении Имама Шамиля?

 

- Предлагал ли конкретно Барятинский Имаму Шамилю «сложить оружие»?

 

- Если кто-то считает – «предлагал» – где, когда, через кого, на каком языке, при каких обстоятельствах?

 

- Если кто-то считает – «предлагал» – чем объяснить достоверный исторический факт: 25 августа 1859 г., после проникновения императорских войск на Гуниб, когда Имам Шамиль не имел физической возможности сопротивляться, ни до, ни во время, ни после встречи Имама Шамиля с Барятинским Имам Шамиль не был разоружен?

 

- чем объяснить, что ни до, ни во время, ни после встречи Имама Шамиля с Барятинским не были разоружены мюриды Шамиля?

 

- Никто из участников, действующих лиц, свидетелей, очевидцев событий на Гунибе не осмеливается утверждать о «сложении оружия» – разоружении Имама Шамиля и его мюридов.

Как Вы считаете, возможно ли принуждение к «сдаче в плен» без последующего разоружения – или данный факт со всей очевидностью доказывает, что события «пленения» не было?

 

- Кто конкретно озвучил Имаму Шамилю требование «сдаться в плен»? На каком языке? В чьем присутствии? При каких свидетелях? Какова была реакция Имама Шамиля?

 

- Какими конкретными действиями, поступками, обращениями, словами царского военного руководства на Кавказе подтверждается факт принуждения Имама Шамиля к «сдаче в плен»?

 

- Какими конкретными действиями, поступками, обращениями, словами Имама Шамиля подтверждается его вынужденная «сдача в плен» и подчинение требованиям царских генералов?

 

- Какие конкретно достоверные и объективные доказательства, исторические документы, в том числе свидетельства очевидцев и участников событий, переводчиков, подтверждают, что Имам Шамиль был принужден «сдаться в плен» 25 августа 1859 года на Гунибе?

 

 

 

Лжеверсия 3 – Имам Шамиль взят «военнопленным»

(М. Чичагова, М. Ольшевский, П. Тахнаева, Ш. Казиев).

 

«На войне есть только одна благородная причина стать военнопленным. Это быть взятым в плен израненным,
потерявшим сознание и не могущим в силу этого использовать оружие».

Уильям Э. Кейрнс

 

«На встрече с Барятинском имам Шамиль узнал о том, что отныне он – «военнопленный»[17].

 

«В сентябре 1859 г. военнопленный имам Шамиль...»[18]

 

«Имам неожиданно для него оказался военнопленным»[19].

 

«[Пржецлавский] давал чувствовать имаму [Шамилю] на каждом шагу, что он военнопленный…»[20]

 

В связи с тиражированием современными дагестанскими «кавказоведами» статуса Имама Шамиля как «военнопленного» возникают следующие вопросы:

 

- Где, когда, как, при каких обстоятельствах Имам Шамиль получил статус «военнопленный»?

 

- Какими конкретными действиями, поступками, обращениями, словами царского военного генералитета подтверждается факт «взятия» Имама Шамиля «военнопленным»?

 

- Кто конкретно озвучил Имаму Шамилю его «статус» – «военнопленный»? На каком языке? В чьем присутствии? При каких свидетелях?

 

- Какова была реакция Имама Шамиля?

 

- Какие конкретно достоверные и объективные доказательства, исторические документы, свидетельства очевидцев, участников событий, переводчиков, подтверждают голословную ложь, бульварные «сплетни» «шамилеедов» о том, что Имам Шамиль был «взят военнопленным» 25 августа 1859 года на Гунибе?

 

- Какие конкретно достоверные и объективные доказательства, исторические документы, в том числе свидетельства очевидцев и участников событий, переводчиков, подтверждают применение по отношению к Имаму Шамилю оскорбительного, позорного, обесславившего его понятия, слова, термина «военнопленный»?

 

Ответов на эти вопросы нет и не будет в историографии Кавказской войны. Немыслимое для Имама Шамиля оскорбление – «военнопленный» – не могло иметь место в реальности.

 

 

 

 

Лжеверсия 4 – Имам Шамиль – «почетный военнопленный»

(П. Тахнаева, Ш. Казиев).

«Народы, забывшие своих героев, получают взамен чужих героев,

а следом чужую мораль, чужой язык и чужую культуру».

 

«Шамиль «сдался в плен» на почетных условиях. Его статус в России – «почетный военнопленный» – «ноу-хау» от агнотологии, провозглашение «квазиисториографического антинаучного наивного недомыслия».  

 

«22 сентября почетный военнопленный Шамиль прибыл в Москву. 26 сентября – в Петербург. 10 октября 1859 г. пленный имам прибыл в город своей ссылки – Калугу.

Здесь, в комфортных условиях, которых не удостаивался еще ни один политический ссыльный в истории России, почетному военнопленному вместе с многочисленными членами семьи предстоит прожить до 1868 г.»[21].

 

«Нынешний статус Шамиля, как почетного, но все же военнопленного, оставлял мало надежд на скорое разрешение его чаяний. В том же положении оставался и Магомед-Шапи…»[22]

 

С точки зрения логики, семантики русского языка, военной лексики невежественная профанация дилетантов от исторической науки – «сдался в почетный плен» – терминологический нонсенс, тотальное торжество абсурда с маниакальной целью – пропиариться, оскорбляя Шамиля.

«Почетный плен» – издевательство над здравым смыслом.

 

Значения слова «почетный»:

Пользующийся почетом, особым уважением. Почетный гость. Почетный пенсионер. Почетный гражданин города. Почетный академик.

Доставляющий почет, делающий честь кому-либо. Почетная задача. Почетная должность. Почетный титул.

Синонимы к слову «почетный»: достойный, уважаемый, почитаемый, почтенный, честный, респектабельный.

Сочетаемость слова «почетный»: считаться почетным, может быть почетнее, восседать на почетном месте.

Кто (что) бывает «почетным»: почетный член общества,, почетный эскорт, почетное место, почетный легион.

Знаки почета, при помощи которых выражается почет кому-либо: почетная грамота, почетное звание, почетный титул, почетный караул, почетный президиум.

 

Семантика слова «почетный» имеет однозначный позитивный смысл, порождает положительный ассоциативный образ, не предполагает отрицательных коннотаций.


Если имеется в виду позорная, вызывающая презрение сдача в плен – унизительная процедура полного перехода во власть пленившего – о каком «почете» может идти речь?


Словосочетание «почетный плен» – семантическая аномалия, антитеза из разряда оксюморонов (греч. oxymoron – остроумно-глупое), сочетание противоположных понятий –

«почетное пленение=рабство»,

«почетная продажность»,

«почетный блуд»,

«почетное унижение»,

«почетная трусость»,

«почетное предательство»

Оксюморон – фигура речи, стилистический оборот, связывающий несовместимые понятия, денотат которых обладает противоположной характеристикой.

Оксюмороны используется в художественной литературе и журналистике как намеренный абсурдизм, средство привлечения внимания – «кричащий» заголовок:

«белый траур»,

«веселое горе»,

«убогая роскошь»,

«пьяный трезвенник»,

«честный вор»,

«глупая мудрость»,

«правдивый лжец»,

«вверх по лестнице, ведущей вниз».

Противопоставлением смыслов оксюмороны могут ошеломлять, поражать, смешить. Но подобные манипуляции недопустимы в академической науке – Ее Величестве Истории. Фигуранты – историки допускающие подобные «фокусы», должны быть обозначены как представители агнотологии – «лженауки».

Использование оксюморонов – тем более для определения юридического статуса главы государства Имамат – в исторической науке нонсенс, бессмыслица, нелепость.

 

В контексте событий на Гунибе, когда героически сражавшиеся горцы погибали, не выказывая и тени малодушия, алогизм-профанация «почетный плен» превращается в манифестацию морального уродства, в чудовищную насмешку над памятью погибших.

Лжеверсия 5 – Имам Шамиль завлечен «в плен» обманом

(П. Тахнаева, Х.-М. Доного).

 

«Лазарев не находил нужным скрывать, что ему удалось тогда ввести имама в заблуждение, буквально выманив его из аула под предлогом переговоров.

…На встрече с Барятинском имам Шамиль узнал о том, что отныне он – «военнопленный».

…это известие ошеломило имама…»[23]

 

«На переговоры в аул Гуниб отправился полковник И. Лазарев, который уговорил Шамиля выйти на переговоры с А. Барятинским, после чего обещая ему вернуться в Гуниб.

…В разговоре с наместником имам узнал, что ему следует отправиться в Россию, для встречи с царем Александром II, который и определит его дальнейшую судьбу.

Таким образом вернуться в Гуниб Шамилю не позволили, и это был очередной обман в отношении имама»[24].

 

Невозможно даже на мгновение согласиться с искажением истории, легкомысленной отсебятиной, фальшивыми домыслами дагестанских «кавказоведов» о том, что Имама Шамиля –

- Главу государства Имамат;

- Имама правоверных, суфия, шейха мусульман Кавказа;

- Просвещенного праведника, следующего путем, определенным для него Всевышним, не признающего никакой власти над собой, кроме власти Всевышнего – «обманули» – как наивного и несмышленого, обвели вокруг пальца, выманили из аула, обратили в «военнопленного», «поверженного», «униженного»…

 

Любая попытка вероломного «обмана», захвата, «пленения» самого Имама, его верных мюридов, членов семьи на Гунибе 25 августа 1859 г. немедленно повлекла бы жесткую ответную реакцию со стороны горцев.

Сопротивление Шамиля и сорока вооруженных мюридов, оскорбленных в своем достоинстве, чести и доверии, закончилось бы трагически для всех участников встречи.

 

В связи с амбиционными неубедительными рассуждениями о «завлечении Имама Шамиля в плен обманом» возникают следующие неразрешимые вопросы:

 

- Установлен ли однозначно и достоверно факт завлечения Имама Шамиля «в плен» «обманом», или это – невероятные, неправдоподобные, нелепые личные наивные домыслы, невежественные умозаключения, сказки-фантазии для легковерных обывателей?

 

- В чем заключался «обман» Имама Шамиля на Гунибе?

 

- При каких обстоятельствах, кем конкретно был «обманут» Имам Шамиль с целью вероломного захвата «в плен»?

(Если «обман» состоит, по наивному предположению дагестанских историков, в «выманивании Шамиля из аула», то этот детский лепет не заслуживает даже комментария).

 

- Какими конкретными действиями, поступками, обращениями, словами царских генералов подтверждается факт завлечения Имама Шамиля «в плен» «обманом»?

 

- Какова была реакция на «завлечение в плен обманом» со стороны Имама Шамиля и сорока мюридов?

 

- Какие конкретно достоверные и объективные доказательства, исторические документы, в том числе свидетельства очевидцев и участников событий, переводчиков, подтверждают факт завлечения Имама Шамиля «в плен» посредством «обмана»?

 

 

 

 

Лжеверсия 6 – Имам Шамиль был вынужден капитулировать

(П. Тахнаева, В. Дегоев, М. Гасаналиев).

 

Современные историки-кавказоведы голословно утверждают о наличии существования некоего невероятного, не имеющего отношения ни к истории, ни к науке, ни к России, ни к Кавказу, ни к Имаму Шамилю, ни к А. Барятинскому неведомого «текста капитуляции»:

 

«О состоявшихся с имамом переговорах М.М. Блиев писал, словно не был знаком с текстом капитуляции, представленным главнокомандующим [Барятинским] имаму [Шамилю] за несколько дней до штурма…»[25]

 

Капитуляция (нем. Kapitulation) – договор о прекращении вооруженной борьбы между противостоящими силами в международном праве – прекращение вооруженной борьбы и сдача вооруженных сил  одного из воюющих государств.

 

Капитуляция – это договор о прекращении вооруженной борьбы между противостоящими государствами. Она предполагает прекращение боевых действий с одной стороны и сдачу ее вооруженных сил.

 

Капитуляция – в международном праве прекращение вооруженной борьбы и сдача ВС одного из воюющих государств. Безоговорочная К. означает принятие ее без всяких условии и оговорок.

 

Капитуляция (военн.) – повсеместное общее прекращение боевых действий с признанием капитулирующим государством своего поражения в войне.

Возникают неразрешимые вопросы:

 

- Употребляется ли однозначное военное понятие – термин «капитуляция» применительно лично к Шамилю на Гунибе 25 августа 1859 г.?

 

- Употребляется ли однозначное военное понятие – термин «капитуляция» применительно к главе государства Имамат – Имаму Шамилю?

 

Употреблялось ли однозначное военное понятие – термин «капитуляция» в официальных документах царской России:

- указах, предписаниях, рескриптах императора Александра II;

- официальных юридических документах царской канцелярии;

- официальных правительственных и военных документах директивного, распорядительного, циркулярного, установочного, императивного, предписывающего характера;

- рапортах, письмах, приказах, предписаниях военного министра, главы внешнеполитического ведомства, других чиновников царской России;

- письменных реляциях Барятинского, отношениях, донесениях, рапортах царского военного командования на Кавказе?

 

- Существует ли в историографии Кавказской войны достоверное, документально зафиксированное требование к Имаму Шамилю со стороны царского военного руководства на Кавказе о «капитуляции»?

 

- Каким образом, кем, когда, при каких обстоятельствах было передано требование «капитуляции» Имаму Шамилю? Кто конкретно озвучил Имаму Шамилю требование «капитуляции»? На каком языке? В чьем присутствии? При каких свидетелях?

 

- Какова была реакция Имама Шамиля?

 

- Какими конкретными действиями, поступками, обращениями, словами царского военного руководства на Кавказе подтверждается факт «капитуляции» Имама Шамиля на Гунибе?

 

Предлагаем дагестанским историкам-кавказоведам, утверждающим о наличии «текста капитуляции», представить текст официально и публично.

 

 

Лжеверсия 7 – Имаму Шамилю была предложена «почетная капитуляция»

(П. Тахнаева, Х.-М. Доного).

 

«Шамиль 17 августа вступил в переговоры с неприятелем.

Прибывший в лагерь осаждавших, А. Барятинский предложил Шамилю почетную капитуляцию, он обещал отпустить всех защитников Гуниба и разрешить Шамилю с семейством отправиться для паломничества в Мекку»[26].

 

Отдельного упоминания заслуживает очередное нелепое, бездоказательное словоблудие о том, что Барятинский на Гунибе предложил Имаму Шамилю «почетную капитуляцию». Подобный пустопорожний бред и словесная шелуха не заслуживают даже серьезного комментария.

 

Словосочетание «почетная капитуляция» – семантическая аномалия, антитеза из разряда оксюморонов, еще более абсурдная, чем «почетный плен».

 

Если гипотетически принять водевильный фарс, согласиться с нелепой игрой слов, предлагаем «знатокам» исторических галлюцинаций ответить на единственный вопрос:

 

Кто, когда, на каком языке, в каких терминах, выражениях, в какой форме – письменно или устно, при каких обстоятельствах предложил Имаму Шамилю «почетную капитуляцию»?  В чем конкретно выражается и состоит «почет»?

 

А может быть, следуя антилогике, провозгласить «победную капитуляцию» Шамиля, а вернее – полную безоговорочную победу Имама Шамиля над императорской Россией, поскольку:

 

а. Боевые действия на Гунибе были прекращены со стороны государства – Российской Империи по инициативе Барятинского;

 

б. Условия, выдвинутые Шамилем –

- Свобода исповедания Ислама (не препятствовать Исламу в Дагестане. Принудительно не навязывать Христианство);

- Свобода от воинской повинности (не призывать горцев служить в царской армии);

- Сохранение джамаатского самоуправления;

- Сохранение военно-народного управления, наибства;

- Сохранение адатского и шариатского права;

- Сохранение исходной формы делопроизводства на арабском языке;

- Сохранение традиционной формы начального образования;

- Символические размеры поземного налога;

- Не стравливать народы Дагестана друг с другом

 

были полностью, безусловно, безоговорочно выполнены.

 

в. После встречи Имама Шамиля и Барятинского мюриды Имама Шамиля вооруженные, под развевающимися знаменами свободно покинули Гуниб.

 

г. 15 сентября 1859 г. в г. Чугуеве состоялась торжественная церемония легализации соглашения Имама Шамиля и Барятинского о заключении мира и окончании войны.

 

Антиисторические измышления и наивные фантазии современных «историков-кавказоведов», механическая компиляция цитат из сомнительных «архивных» источников воплощаются в лженаучные монографии-цитатники, в которых полностью теряется мнение незадачливых исследователей.

 

 

В историографии Кавказской войны нет ни одного достоверного свидетельства, источника, доказательства,

подтверждающего «пленение» Имама Шамиля.

 

 

Источники приведенных в тексте цитат:

[1] «Вестник Кавказа», 21.04.2018

[2] ЧеченИнфо, 28.03.2010

[3] Юсупова С.С.-А. Возрождение устаревшей лексики на современном этапе развития чеченского языка. Рефлексия, 2008, №3. Стр. 27

[4] «Барантою» называется между Горцами похищение людей и скота за подобное же похищение. Баранта переходит иногда из рода в род. Убийства и пожары сопровождают нередко это удальство.

[5] Толковый словарь русского языка. Под ред. Д.Н. Ушакова. — М.: Гос. ин-т "Сов. энцикл."; ОГИЗ; Гос. изд-во иностр. и нац. слов., 1935–1940.

[6] Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. – 4-е изд. – М., 1997

[7] См. А. Авторханов. «Кавказ, кавказская война и имам Шамиль». «Советский Дагестан», 1990 г.

[8] Из рапорта генерала Граббе генералу Головину. 24.08.1839 г.

[9] Милютин Д. Описание военных действий 1839 года в северном Дагестане. Санкт-Петербург, 1850 г. Стр. 119

[10] Алферьев П. Там же, стр. 18

[11] Хроника Мухаммеда Тахира ал-Карахи о дагестанских войнах в период Шамиля / Пер. с араб. А.М. Барабанова – М. ; Л. : Изд-во АН СССР, 1941. Стр. 115 – 117

[12] Ибрагимбейли Х.-М. Легендарный герой Кавказа. «Вайнах сегодня». 1997. № 2. Стр. 16

[13] Кавказская война: чему учит история («круглый стол») // Наука и религия. 1996. № 6. Стр. 29

[14] Воспоминания генерал-фельдмаршала графа Д. А. Милютина (1856 – 1860), под ред. Л.Г. Захаровой. – М.: РОССПЭН, 2004. Стр. 393

[15] «Покорение Дагестана в 1859 году». (Из дневника кавказца). Военный сборник, 1863, т.34, № 11. В конце текста: С. К. Стр. 75 – 76

[16] Марков Е. «Очерки Кавказа. Картины кавказской жизни, природы и истории», 1887. Стр. 513 – 514

[17] Тахнаева П. «Гуниб. Август, 1859 г.» Махачкала, 2018. Стр. 290

[18] Тахнаева П. «Гуниб. Август, 1859 г.» Махачкала, 2018. Стр. 293

[19] Тахнаева П. Об открытии историко-культурного мемориала «Ахульго»: заметки историка». Историческая экспертиза. 2017. № 2. Стр. 92

[20] Казиев Ш. Имам Шамиль. М., «Молодая гвардия», 2001. Стр. 343

[21] Тахнаева П. «Гуниб. Август, 1859 г.» Махачкала, 2018. Стр. 294

[22] Казиев Ш. Имам Шамиль. М., «Молодая гвардия», 2001.

[23] Тахнаева П. Гуниб. Август, 1859 г. Махачкала, 2018, стр. 289

[24] Доного Х.М. Военная история аварцев. Махачкала, 2015, стр. 172

[25] Тахнаева П. Гуниб. Август, 1859 г. Махачкала, 2018, стр. 25

[26] Тахнаева П. Гуниб. Август, 1859 г. Махачкала, 2018, стр. 29, 33; Доного Х.-М. Военная история аварцев. Махачкала, 2015